Жозеф де Местр пророчества о России

Спонсоры Добавить

Жозеф де Местр пророчества о России

Можно по-разному относится к пророчествам и предсказаниям. Ведь здесь как никогда должно присутствовать критическое мышление, ибо то, что выдается за пророчества Ванги, Нострадамуса и иже с ними в большинстве своем являются газетными, телевизионными или литературными утками, за которыми стоит фантазия пустившего их в народ автора. Но, помимо этой фантазии, есть и реальные, т.е. задокументированные пророчества, которые можно с избытком найти в литературе и которые не столь сумбурны и непонятны как так называемые катрены знаменитого на весь мир Нострадамуса, под которые можно подогнать что угодно.

Одним из таких интересных авторов является Жозеф де Местр. Об его идеях весьма похвально отзывался итальянский философ и эзотерик Юлиус Эвола. По его мнению, интерес с традиционной точки зрения представляли следующие идеи этого французского реакционера: во-первых, идея Примордиальной Традиции; во-вторых, тезис о том, что исходным и естественным состоянием человечества не было состояние варварства. «Напротив это было состояние света и знания, в то время как дикарь, предполагаемый первобытный человек, был только потомком человека, оторвавшегося от великого древа цивилизации из-за злоупотребления властью, что не должно повториться».В-третьих, высказываясь за реставрацию монархии во Франции, де Местр сформулировал важную концепцию, говоря, что контреволюция не должна быть «противоположной революцией, а скорее «противоположностью революции». «Мы обязаны ему, — пишет Эвола — своего рода теологией революции; он вскрывает то «демоническое, что скрывается за феноменом революции.(1)

Прежде, чем касаться пророчеств де Местра, кратко остановимся на его биографии.

Он родился 1 апреля 1753 г. в Шамбери и принадлежал к ветви лангедонского графского рода, переселившегося в XYII в в Савою, которая с 1720 года составляла часть Сардинского королевства. Поначалу де Местр воспитывался в Коллегии иезуитов, затем изучал право в туринском университете, после чего вернулся в Шамбери, занимал там должность сверхштатного прокурора и вскоре был назначен сенатором.

Однако католическое воспитание и твердый религиозный уклад семьи не препятствовали его свободомыслию, которое, вполне в духе того времени, привело де Местра к масонам. Из Турина он прибыл уже со степенью Великого Ритора шамберийской ложи и, примкнув вскоре к франкмасонству, достиг степени Благодетельного Рыцаря Святого Града. Однако сближение с де Сен-Мартеном обострило его критическое отношение к идеологии французского Просвещения, отвратило от «баварского иллюминатства» с его демократическими и республиканскими тенденциями и утвердило в убеждении, что теократия есть единственно возможная форма устроения богочеловеческого единения на земле.

С трактовкой Сен-Мартена перекликается и отношение де Местра к Великой французской революции, охватившей Савойю и вынудившую его эмигрировать. По его мнению, революция — это не только «сатаническое» явление, но и кара за грехи, которая очищает от накопившегося во Франции зла и освобождает ум и волю для возрождения богоустановленного порядка.

В мае 1803 г. савойский изгнанник приезжает в Петербург. Здесь он завязал близкие отношения со столичной знатью, в кругу которой благодаря своему светскому обоянию, уму и блестящему красноречию занял видное место.

В 1811-12 г.г. он пользуется особой благосклонностью Александра I и даже получает приглашение поступить на русскую службу, от чего де Местр все-таки отказывается. предпочитая оставаться частным советником императора.

Однако прозелетизм де Местра зашел слишком далеко. Среди петербургской знати стало много католиков. К ним даже примкнул племянник обер-прокурора Св. Синода молодой князь А.Ф.Голицын. Вернувшийся из-за границы император решил положил этому конец: иезуитам было приказано покинуть обе столицы, а де Местра выслали из Петербурга.

26 февраля 1821 г. он скончался в Турине.

Говоря о пророчествах де Местра, я буду опираться на его работу «Четыре неизданные главы о России». По случаю преобразования Полоцкой Коллегии в Академию он в октябре 1811г. подал князю А.Н.Голицыну особую записку, которая представляла собой извлечение из его трактата о России. Записка была доведена до сведения Александра I, после чего он решил ознакомиться со всем трактатом.

В первой главе «О свободе» де Местр выступает, ссылаясь на многочисленные примеры, сторонником рабства. Говоря о России он делает неутешительный вывод » …освобождая рабов, император совсем не имеет той поддержки, которую имели древние законодатели.» И далее: «Закон положит начало, но все дело завершит бунт.» «Всеобщий пожар пожрет Россию».(2)

«По мере того как крепостные станут эту свободу обретать, их начнут окружать более чем подозрительные наставники и священники, не имеющие ни силы, ни уважения. Оказавшись в таком положении и не имея никакой подготовки, они неминуемым образом резко перейдут от суеверия к атеизму и от бездеятельного послушания к безудержной деятельности,,, Вполне может получиться так, что при таком всеобщем умонастроении появится какой-нибудь новый Пугачев с университетским образованием.. и тогда государство, сообразно всем законам рухнет в прямом смысле этого слова…»

Не ошибся де Местр и насчет русской армии, которая во время февральской революции оказалась лишь призраком, который никак не охраняет государя. Думцев в их заговоре против Николая II поддержали генералы.

Не менее интересное пророчество сделал де Местр по поводу людей науки: если они «займут место знати , государство сразу же охватит страшная конвульсия, и система управления изменится и разрушится, а над царствующим домом нависнет неминуемая опасность».(3)

Последнее пророчество весьма ценно. Ведь Временное правительство было самым образованным за всю русскую историю. И в итоге все проболтали.

О том, что из себя представляли его члены красноречиво вспоминал Гучков. Во время апрельской манифестации большевиков на заседании Временного правительства он сказал, что движение может и уляжется, но. если будет вооруженное вторжение — мы дадим вооруженный отпор. Общее молчание. Только поднимается Коновалов со словами, если прольется кровь, то он уходит в отставку. Тоже самое повторил и Терещенко.(4) Загадка состоит в том как при таком человеколюбии, когда малой кровью можно было избежать Гражданской войны, Временное правительство все же усидело до октября 17 года. Кончилось тем, что его просто никто не хотел защищать, кроме Краснова, юнкеров и женского батальона.

Примечания.

1.Юлиус Эвола Империя Солнца.- Тамбов, 2010, c.164-165.

2.Жозеф де Местр Четыре неизданные главы о России. Письма русскому дворянину об испанской инквизиции. — СПб, 2007, с37-38.

3.Де Местр, с.31-44, 54

4. Гучков А.И. Заговор против Никола II. Как мы избавились от царя.-М., 2017, с.155-156.

Опубликовано 28 января 2020, 47 просмотровМожно по-разному относится к пророчествам и предсказаниям. Ведь здесь как никогда должно присутствовать критическое мышление, ибо то, что выдается за пророчества Ванги, Нострадамуса и иже с ними в большинстве своем являются газетными, телевизионными или литературными утками, за которыми стоит фантазия пустившего их в народ автора. Но, помимо этой фантазии, есть и реальные, т.е. задокументированные пророчества, которые можно с избытком найти в литературе и которые не столь сумбурны и непонятны как так называемые катрены знаменитого на весь мир Нострадамуса, под которые можно подогнать что угодно.

Одним из таких интересных авторов является Жозеф де Местр. Об его идеях весьма похвально отзывался итальянский философ и эзотерик Юлиус Эвола. По его мнению, интерес с традиционной точки зрения представляли следующие идеи этого французского реакционера: во-первых, идея Примордиальной Традиции; во-вторых, тезис о том, что исходным и естественным состоянием человечества не было состояние варварства. «Напротив это было состояние света и знания, в то время как дикарь, предполагаемый первобытный человек, был только потомком человека, оторвавшегося от великого древа цивилизации из-за злоупотребления властью, что не должно повториться».В-третьих, высказываясь за реставрацию монархии во Франции, де Местр сформулировал важную концепцию, говоря, что контреволюция не должна быть «противоположной революцией, а скорее «противоположностью революции». «Мы обязаны ему, — пишет Эвола — своего рода теологией революции; он вскрывает то «демоническое, что скрывается за феноменом революции.(1)

Прежде, чем касаться пророчеств де Местра, кратко остановимся на его биографии.

Он родился 1 апреля 1753 г. в Шамбери и принадлежал к ветви лангедонского графского рода, переселившегося в XYII в в Савою, которая с 1720 года составляла часть Сардинского королевства. Поначалу де Местр воспитывался в Коллегии иезуитов, затем изучал право в туринском университете, после чего вернулся в Шамбери, занимал там должность сверхштатного прокурора и вскоре был назначен сенатором.

Однако католическое воспитание и твердый религиозный уклад семьи не препятствовали его свободомыслию, которое, вполне в духе того времени, привело де Местра к масонам. Из Турина он прибыл уже со степенью Великого Ритора шамберийской ложи и, примкнув вскоре к франкмасонству, достиг степени Благодетельного Рыцаря Святого Града. Однако сближение с де Сен-Мартеном обострило его критическое отношение к идеологии французского Просвещения, отвратило от «баварского иллюминатства» с его демократическими и республиканскими тенденциями и утвердило в убеждении, что теократия есть единственно возможная форма устроения богочеловеческого единения на земле.

С трактовкой Сен-Мартена перекликается и отношение де Местра к Великой французской революции, охватившей Савойю и вынудившую его эмигрировать. По его мнению, революция — это не только «сатаническое» явление, но и кара за грехи, которая очищает от накопившегося во Франции зла и освобождает ум и волю для возрождения богоустановленного порядка.

В мае 1803 г. савойский изгнанник приезжает в Петербург. Здесь он завязал близкие отношения со столичной знатью, в кругу которой благодаря своему светскому обоянию, уму и блестящему красноречию занял видное место.

В 1811-12 г.г. он пользуется особой благосклонностью Александра I и даже получает приглашение поступить на русскую службу, от чего де Местр все-таки отказывается. предпочитая оставаться частным советником императора.

Однако прозелетизм де Местра зашел слишком далеко. Среди петербургской знати стало много католиков. К ним даже примкнул племянник обер-прокурора Св. Синода молодой князь А.Ф.Голицын. Вернувшийся из-за границы император решил положил этому конец: иезуитам было приказано покинуть обе столицы, а де Местра выслали из Петербурга.

26 февраля 1821 г. он скончался в Турине.

Говоря о пророчествах де Местра, я буду опираться на его работу «Четыре неизданные главы о России». По случаю преобразования Полоцкой Коллегии в Академию он в октябре 1811г. подал князю А.Н.Голицыну особую записку, которая представляла собой извлечение из его трактата о России. Записка была доведена до сведения Александра I, после чего он решил ознакомиться со всем трактатом.

В первой главе «О свободе» де Местр выступает, ссылаясь на многочисленные примеры, сторонником рабства. Говоря о России он делает неутешительный вывод » …освобождая рабов, император совсем не имеет той поддержки, которую имели древние законодатели.» И далее: «Закон положит начало, но все дело завершит бунт.» «Всеобщий пожар пожрет Россию».(2)

«По мере того как крепостные станут эту свободу обретать, их начнут окружать более чем подозрительные наставники и священники, не имеющие ни силы, ни уважения. Оказавшись в таком положении и не имея никакой подготовки, они неминуемым образом резко перейдут от суеверия к атеизму и от бездеятельного послушания к безудержной деятельности,,, Вполне может получиться так, что при таком всеобщем умонастроении появится какой-нибудь новый Пугачев с университетским образованием.. и тогда государство, сообразно всем законам рухнет в прямом смысле этого слова…»

Не ошибся де Местр и насчет русской армии, которая во время февральской революции оказалась лишь призраком, который никак не охраняет государя. Думцев в их заговоре против Николая II поддержали генералы.

Не менее интересное пророчество сделал де Местр по поводу людей науки: если они «займут место знати , государство сразу же охватит страшная конвульсия, и система управления изменится и разрушится, а над царствующим домом нависнет неминуемая опасность».(3)

Последнее пророчество весьма ценно. Ведь Временное правительство было самым образованным за всю русскую историю. И в итоге все проболтали.

О том, что из себя представляли его члены красноречиво вспоминал Гучков. Во время апрельской манифестации большевиков на заседании Временного правительства он сказал, что движение может и уляжется, но. если будет вооруженное вторжение — мы дадим вооруженный отпор. Общее молчание. Только поднимается Коновалов со словами, если прольется кровь, то он уходит в отставку. Тоже самое повторил и Терещенко.(4) Загадка состоит в том как при таком человеколюбии, когда малой кровью можно было избежать Гражданской войны, Временное правительство все же усидело до октября 17 года. Кончилось тем, что его просто никто не хотел защищать, кроме Краснова, юнкеров и женского батальона.

Примечания.

1.Юлиус Эвола Империя Солнца.- Тамбов, 2010, c.164-165.

2.Жозеф де Местр Четыре неизданные главы о России. Письма русскому дворянину об испанской инквизиции. — СПб, 2007, с37-38.

3.Де Местр, с.31-44, 54

4. Гучков А.И. Заговор против Никола II. Как мы избавились от царя.-М., 2017, с.155-156.

Опубликовано 28 января 2020, 47 просмотров

Автор: Veles
Спонсоры Добавить

  • « Оставить комментарий »

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *